Волков Сергей

Волков Сергей: княжество Стародуб-Вочский


Вот и добрался я к истокам Вочьского удельного княжества.Значит не единственное упоминание в истории о городе древности Стародубе -Вочском.Многие названья сел и деревень ,тех,далеких времен,мне знакомы и сохранились до наших времен с небольшими изменениями. А что {199} ми дала Анна Васильева жена Ивановича села свои Муромские и в Вотском Стародубе с озеры и со всеми уходы, и яз то даю своей же княгине. Да даю своей княгине села Долматовские Юрьева в Хотуньском, и в Ростунове, и в Перемышле, и с деревнями тех сел, и со всим, что к нам потягло, в тех селех волна, кому хочет, тому даст опосле своего живота. ЭТО ИЗ ДУХОВНОЙ ГРАМОТЫ ВАСИЛИЯ 2 ТЕМНОГО 1461ГОД.. А если раньше в предыдущий век ДМИТРИЙ ИВАНОВИЧ ДОНСКОЙ ЗАВЕЩЯЛ СВОЕЙ КНЯГИНЕ …А се даю своей княгине: свой примысл Скирменовскую слободку с Шепковым, Смоляные с Митяевским починком и с бортью, с Вышегородскими бортники, Кропивну с бортники с Кропивеньскими и с Исменьскими, и с Гордошевскими, и с Рудьскими, Желескова слободка с бортью, с Ывановым селом с Хороброва, Исконьская слободка, Кузовская слободка, и что княгини моее прикуп, и что к ней потянуло, тo моей княгине. А по которая места слободьские волостели судили те слободы при мне, и княгини моее волостели судят по та же места, как было при мне. А что княгини моее купля Лохно, то ее и есть. А на Коломне мой примысл Самоилецев починок с деревнями, Савельевский починок, Микульское село, Бабышево, Ослебятевское, а то княгини моей. А что ее село Репеньское и прикуп, то ее и есть. А из Московских сел даю своей княгине: Семциньское село с Ходыньскою мелницею, да Остафьевское село, да Илмовьское. А из Юрьевских сел даю ей: куплю свою Петровское село, да Фроловское, да Елох. А Холхол и Заячков, то моей княгине. А что ми дала княгини Федосья Суду на Белеозере, да Колашну, и Слободку, и что благословила княгиню мою Городком да Волочком, та места ведает княгиня Федосья до своего живота, а по ее животе то княгине моей. А теми своими примыслы всеми благословляю княгиню свою, а в тех примыслех волна моя княгини, сыну ли которому даст, по души ли даст. А дети мои в то не вступаются. так у кого прикупила,,,А в Нижегородском княжестве в 14 веке еще не подчинялись Московскому княжеству.
Остается только точней определить место этого загадочного города древности с его крепостью.А крепость в округе,известная нам,была одна - в Городищах. Это сейчас эта деревня микрорайон районного центра Вача….Как знать..Может и приселок Вача возник в те загадочные времена рядом с крепостью.Правда крепости тех времен были деревянно-земляные и не составляли больших трудов разрушить татарве при набегах и склонить местность к послушанию и своевременой уплате налогов и поборов.А шерстили эту малолюдную окраину мелкие группы баскаков и мордвы не редко до берегов реки Оки и здесь им не надо было ждать зимы,когда Ока покроется льдом,чтоб перетащить орудия разрушения крепостей….


Никсоновской летописи под 1536 года, где говорится о том, что: «В то же время поставлен град Стародуб на старом месте земляной и делали 10 апреля по 20 июля».



Вотчинами стали удельные княжества, получаемые князем в наследство от отца. Количество и размеры вотчин увеличивались путем захвата общинных крестьянских земель, пожалования, купли, обмена. Помимо общих вотчинных прав…

А может это имеет такую версию:Собранные экспедицией музея истфака нижегородского госуниверситета им. Лобачевского данные из частично мордовских сел Большой Макателем и Хозино Первомайского района нашей области свидетельствуют еще об одной загадке. Оказывается, вплоть до XX века, нижегородская мордва-эрзя чтила своих столетия назад усопших предков, захороненных под марами (курганами). В Семик женщины в национальной одежде взбирались на вершины этих насыпей, ложились на бок и скатывались вниз. Якобы, это устанавливало контакты между мирами живых и мертвых, а также помогало исцелиться или предохраниться от всевозможных болезней.
Известный нижегородский филолог и этнолог Николай Морохин приводит данные о следующем обряде из той же местности, который проводился до 1930 годов. В середине лета местные эрзянки устраивали праздник "бабан-каша" (бабья каша) в урочище Калмазырь у древних курганов – месте захоронения мордовских воинов. Старые женщины варили кашу, которой кормили своих внуков. После этого мальчики ползали по траве, «чтобы скорее стали мужчинами и быть сильными». Считалось что при контакте со сдобренной плотью предков землей, дети и подростки магическим образом перенимали силу древних воинов. Когда в 1930 годы курганы распахали тракторами, этот обычай пресекся сам собой.



Особая история возникновения Стародубского стана. До середины 14 века существовало удельное княжество «Стародуб Воческий» . В 1351 году скончался князь Дмитрий Федорович Стародубский, а в 1363 году великий князь Дмитрий Иванович согнал со Стародубского княжения его брата князя Ивана Федоровича, присоединив его земли к своей вотчине. Позднее на его территории образовалась дворцовая волость. Она располагалась на правом берегу реки Ока и называлась Стародубской волостью. Границами ее были: с запада и севера - река Ока, с востока - река Кузома, с юга - река Кутра.
Походы в 1444 году, с целью защиты мордвы, в 1469 году на Казань, сделали правобережную территорию реки Ока более защищенной от набегов. Заселение правого берега стало менее опасным, и туда устремились прочие феодалы. К этому времени, в составе Муромского уезда, были выделены станы. Дубровский стан занимал на правом берегу реки Оки территорию, граничащую на севере со Стародубской волостью, на западе рекой Окой, на востоке - устьем реки Сережи, на юге – рекой Велетьмой. Часть Унженского стана простиралась вдоль реки Оки между Дубровским станом с севера, и рекой Верьей с юга. В 15 веке село Старое Загарино, Оленино с деревнями и угодьями в Дубровском стане принадлежало Пятому Загарину. Деревня Туртапка в Унженском стане числилась за неким вотчинником. Примечательно, что село Оленино, находилось территориально далеко от Дубровского стана; их разделяла Стародубская волость. Но по грамотам оно числилось за Дубровским станом. Объясняется это смыслом станового деления, которое проводилось для более эффективного управления землями в уезде при реформировании вотчин и проведении поместной политики. Стародубская дворцовая волость не входила в сферу влияния Поместного приказа и местной администрации.


В 16 веке происходит активное освоение земель Дубровского и Унженского станов, при сохранении неделимой дворцовой волости. Архимандрит Симанов монастыря Филофей в 1531 году купил у прежнего вотчинника то самое село Старое Загарино, оно же Оленино, с деревнями угодьями. В 1534 году великий князь Иван Васильевич дал жалованную иммунную грамоту на эту вотчину. Муромец Василий Федоров сын Борисов выкупил деревню Туртапку и в 1569 году дал ее в «дом» Муромского Борисоглебского монастыря. Позднее в Борисоглебскую вотчину, на правом берегу реки Оки, вошли село Водное, пожни Стадижерские в Сетчинских лугах с покосами и озерами у Оки, и рыбные ловли. В этом веке Муромскому Собору Рождества Богородицы были пожалованы озеро Беловощи, глухие озера на реке Теще по Семен–голову. В 1597г. царь Федор Иванович жаловал в Собор село Новошино с деревнями, а так же часть Сетченских лугов, прилегающих к тому селу. Наряду с монастырскими, в крае, находились вотчины светских феодалов. По документам Поместного приказа в селе Клин, селе Новоселки Сетчино с деревнями была вотчина Григория Чиркова, в селе Дедово с деревнями - вотчина Есипа Кровкова. Деревня Полон Черновской была вотчиной Тимофея Иванова сына Аристова. Сельцо Пертово с угодиями, ранее принадлежавшее митрополитской вотчине, стало владением Елизария Вылузгина.


Но еще сохранялась опасность для жизни и ведения хозяйства на этой территории. С 1538 года по 1584 год Симанову монастырю были даны 4 грамоты, в которых тот, в связи с разорением от набегов татар, освобождался от уплаты податей на разные сроки и наделялся правом заселения на своей вотчинной земле свободных крестьян. Это не останавливало процесс освоения пустующих земель на правом берегу реки Ока, пик которого пришел на конец 16 и начало 17 века. Способствовало этому, увеличение количества «служилых людей», верстание их и наделение вотчинами и поместьями на вновь присоединенных территориях, так как в центральных районах уже не было свободных земель. События 1606-1609 гг. существенно повлияли на состояние сел и деревень в крае. На его территории находились «литовские заставы», одна из которых находилась у села Сетчено. Интервенты разоряли села и деревни, грабили их население. В декабре 1608 года, царь Шуйский Василий Иванович обратился в «Стародуб вотцкий, к старостам и целовальникам и всем крестьянам в село Ярцево да на Пурех да на Вачу», которые в те смутные времена, поддерживали «Лжедмитрия» с наказом, « помня прежнего Государева царя; прийти к крестному целованию, приведя с собой лутчих человек с десяток, с повинной челобитною в село Давыдово или где съедете с воеводой Олябьевым». В январе 1609 года, во время похода воеводы Андрея Семеновича Олябьева на Муром «Яковцево и Клин выжгли, … и людей секли».
К 1630 году была нарушена целостность Стародубской волости, и в обиход пришло выражение Стародубский стан Муромского уезда. Царь Михаил Федорович в 1621 году жаловал патриарху Филарету в Стародубе Вотцком, село Ярымово, сельцо Мартово с деревнями и со всеми угодьями и лесом и т.д. До описи земель, в 1630 году патриаршие земли имели льготы по уплатье податей в государственную казну. Но после описи, из льготных вышло, 23 выти с полувыти и полполтрети выти земли. В этом году в вотчине великого Государя Святейшего Патриарха Филарета Никитича Московского и всея Руси было 2 села 5 деревень 2 погоста, в них 2 церкви деревянные, 174 двора крестьянских, 47 дворов бобылей и 13 дворов безпашенных бобылей и 12 дворов пустых. Так же из дворцовой волости было дано боярину Ивану Никитичу Романову в вотчину 2 погоста, села Пуроко и Арефино, 3 сельца, 59 деревень. Его вотчина, являлась самой крупной на правом берегу Оки в Муромском уезде; и была расположена, в основном, в центральной и северной частях Стародубского стана. Только деревня Мещера с угодьями находилась на его южной окраине. В вотчинных селах и деревнях стояло 7 дворов поповых, 2 двора дьячкова, 2 двора пономарей, 2 двора просвирниц, 63 двора бобылей церковных, двор приказчиков, двор приезжих боярских людей, 759 дворов крестьянских, 185 дворов бобыльских, 22 двора беспашенных бобыльских, 180 дворов пустых да 78 мест дворовых.
Голенищевской приход Стародуба Вотцкого был дан в поместье боярину Михаилу Борисовичу Шеину. Центром поместья в 1630 году было село Голенищево. Располагался он на западе стана, по берегу реки Ока, в него входили погост Козьмодемьянский, 22 деревни живущих, 3 деревни и 4 починка пустых. Данное поместье было самым крупным поместьем Муромского уезда на правом берегу реки Оки.
В начале 17 века выросло количество вотчин на территории Дубровского стана. «За осадное московское сидение в королевичев приход» 1618 года царем Михаилом Федоровичем были пожалованы выслуженные вотчины: Григорию Петрову сыну Черткова село Базарово на реке Оке, Миките сыну Чиркова жеребий села Клина. Старые вотчины, по сложившемуся правилу, делили между потомками. Например, вотчинное село Дедово поделили между Есипом и Григорием Суминым, Корманом Мешковым и Иваном Ивановым детьми Кровковыми по четверти села каждому. О качественном состоянии вотчин можно судить, сравнив состояние села Оленино в разное время. В 1545 году в селе было 9 крестьянских дворов. В 1630 году стояло 10 крестьянских дворов жилых и 10 крестьянских дворов пустых, так как крестьяне бежали со своих дворов.
Значительно быстрее, на правобережной территории Дубровского стана развивалось поместное землевладение. Если в конце 16 веке в поместьях было. Село Клин, за Григорием Чирковым; деревня Рогово, за Иваном Чертковым; деревня Монаково, за Григорием Чертковым; деревня Волосово, за Федором Араповым; деревня Малое Окулово, за Иваном Ворыпаев и Иваном и Федором Ивановыми детьми Кикова; деревня Петряева за Лаврентием сыном Аристова, за Панкратием и Василием детьми Кровкова; деревни Князева, за Аксентием Кракозовым; деревня Окулово, за Михаилом Елизаровым. То уже к 1630 году насчитывалось более двух десятков поместных владений. Часть из них образовалась из поместий родственников. Например, в селе Клин в поместьях были жеребья Владимира, Григория и Алексея Григорьевых, их племянника Пантелея детей Чирковых. В селе Рогово с пустошами жеребья у Григория Петрова сына Черткова, Нехорошева и Романа Ивановых детей Юматова, Михаила Иванова сына Совина, Матвея Андреева сына Ивашева. В селе Монаково жеребья Ивана Старого Григорьева сына Черткова и его племянника Иваном Молодого Григорьева сыном Черткова. В сельце Петряево жеребья Никиты и Матвея Лаврентьевых и Алексея Ивана детей Аристова. В деревне Князево жеребья Петра, Мирона и Григория Панкратьевых, Ивана, Алексея и Тимофея Васильевых детей Кровкова. В деревне Окулово жеребья Богдана и Алексея Аксентьевых детей Кракозова. Некоторые поместья были даны вновь. Например: Ивану Богданову сыну Ворыпаева деревня Угольное, Кирею Кровкову деревня Сонино, Григорию Петрову сыну Черткова жеребий сельца Александрова, Миките Иванову сыну Коверина Мещеринова, Терентию Аристову и Владимиру Чиркову по жеребью в сельце Юсупова, Андрею Иевлеву деревня Ольхово, Никите Опраксину пустошь деревни Веснино, Савве Семенову сыну Совина, Бухвалу Левантьеву сыном Лихарева, Якову и Федорову Григорьевым детям Аристова и Небажену Васильеву сыну Копревым жеребия в сельце Ярцева, Федору и Афонасию Петровым детям Арапова жеребья деревни Волосово. При этом, в селах Клину и Дедово, находились одновременно вотчинные и поместные владения разных феодалов. Как видим, в основном были мелкие поместные землевладения, которые являлись составной частью владений феодалов в уезде.
К середине 17 века на правобержной территории Муромского уезда сохранились все значимые вотчины: патриаршия, Симонова, Борисоглебского монастырей, Собора Рождества богородицы. Вотчина боярина Ивана Никитича Романова перешла его сыну Никите Ивановичу. Некоторые вотчины сменили владельцев. Сельцо Пертово с деревнями стало вотчиной боярина Ивана Петровича Шереметьева, а деревня Черновская стала вотчиной стольника Ивана Григорьева сына Плещеева. Продолжилось дробление крупных вотчинных сел. В селе Клин к 1646 году имели жеребья Григорий и Алексей Григорьевы, Пантелей Никитин дети Чиркова, Иван Васильев сын Юматов, Алексей и Федор Пановы, Михаил, Иван и Семен Михайловы детьми Киселева. Было взято поместье у Михаила Борисовича Шеина. Бывшие его поместные земли стали государевыми пашенными землями. Причиной смены владельцев вотчин и поместий было их отношение к царской службе: уход с нее или опала одних и наоборот поступление на службу или «царская благосклонность» к другим.
Сравнивая состояние вотчинных сел и деревень в первой половине 17 века, отмечаем, что в период с 1630 по 1646 год, увеличилось количество крестьянских и уменьшилось количество пустых дворов в них. Например, в вотчине боярина Никиты Ивановича Романова в 1646 году, по сравнению с этой же вотчиной его отца в 1630 году, количество крестьянских дворов увеличилось вдвое, количество пустых дворов уменьшилось со 180 до 33 дворов. В патриаршей вотчине столь разительного качественного изменения сел и деревень не наблюдалось, в 1646 году в ее селах и деревнях было 198 крестьянских дворов. В вотчинном Симонова монастыря селе Оленино в 1646 году в селе стояло 18 крестьянских дворов. Это явилось следствием мирной жизни края, внутренней политикой государства, направленной на развитие феодального землевладения и запрещение ухода крестьян со своих дворов.
В заключение выделим некоторые особенности формирования и развития феодального землевладения на этой территории. Здесь наблюдалось соседство дворцовой волости, монастырских вотчин и землевладений светских феодалов. Причем последние формировались, до начала 17 века, за счет земель светских феодалов. Целостность волости оставалась не зыблемой до этого времени Динамично развивались феодальные владения, особенно поместья, при сохраненной неизменности монастырских вотчин. Волостные земли давались только представителям знатных родов. Жалования из волостных земель были крупными, она не дробилась на мелкие владения. Положение «украинной территории», постоянно подвергающейся нападениям и разорению, не способствовали сильному экономическому развитию края и соответственно феодальных владений на его территории.




Река Ока еще в глубокой древности (VI - VII вв.) являлась частью так называемой Янтарной дороги, по которой тогдашние купцы возили янтарь с Балтийского моря на Каспий, а через него в Хорезм, Китай и др. восточные страны. Сношение Руси с Востоком по Оке существовало до ХIII в. В Х-ХIII вв. посредством Оки киевские и черниговские князья сносились с княжествами Северо-Восточной Руси и в частности с городами Москвой, Рязанью, Муромом, Владимиром, Нижним Новгородом и др. По Оке на русский север шло византийское узорочье (дорогие ткани), ювелирные изделия, вина, пряности и пр. В обратном же направлении перевозился русский пушной товар, мед, воск, изделия из древесины, кожи и пр. Ока являлась в те времена главной торговой артерией в связях Новгорода с волжскими болгарами (см. об этом: В. Иванов, В. Барсуков, Г. Федюкин. Подмосковные места. Путеводитель по районам туризма. М., 1967, стр.252) . Правые притоки Оки вели к реке Дону, а по нему путь шел в Азовское море. В договоре киевского вел. кн. Владимира I с волжскими болгарами (1006 г.) русским и болгарам предоставлены для торговли путь по Волге и Оке (см. проф. И.М. Кулишер. История русской торговли до XIX в. включительно. Пб., 1923, стр.24).








[1..1]

Волков Сергей x0



Основная часть позади -пенсионер



Друзья


Найти друзей